Дико бесят совковые люди, считающие, что любой предмет должен пережить своего владельца, и поэтому должен быть обязательно упакован в три полиэтиленовых пакета, чтобы никто ненароком не смог исцарапать святыню. Особенно учитывая, что Союза уже двадцать лет как нет, и любые товары давно есть в свободной продаже. Уронил пульт от телевизора в тарелку с супом? На соседней барахолке точно такой же лежит за сто рублей.

И чем дороже товар, тем чаще его уродуют. Когда спрашиваешь человека, зачем он засунул свой приличный, в общем-то, телефон в страшный чехол или наклеил уродскую плёнку, он неизбежно отвечает: «телефон без царапин лучше смотрится». Да, блин, телефон-то без царапин лучше смотрится, не спорю. Но вместо того, чтобы смотреться сначала идеально, потом просто хорошо, потом средне, а потом плохо (где-то между «идеально» и «хорошо» в современном мире уже покупают новый телефон, потому что старый безнадёжно устарел), он смотрится всегда и везде одинаково плохо.

Особенно удивляет, что приличный процент таких людей, как и я, не успели прожить в СССР достаточно, чтобы понять на своей шкуре всю суть «экономной экономики» и «бережного отношения к вещам». В наши годы, как хорошо ни относись к технике, она всё равно сначала устареет, потом сломается из-за заданного при проектировке ограниченного срока жизни компонентов, и уже только потом вы наконец успеете её разбить. Конечно, есть вещи, просто разваливающиеся в руках, например, брелки от большинства сигнализаций. У них чехол по сути — не способ продлить жизнь вещи, а элемент конструкции. Но некоторые идиоты до сих пор после покупки телефона с «горилловым стеклом», выдерживающим даже сверление дрелью, докупают к нему чехольчик или плёночку. И им невдомёк, что на их идиотизме просто-напросто наживается Евросеть за счёт пятисотпроцентной наценки на копеечные, и, в общем-то, никому нафиг не нужные товары.

И что самое смешное, чаще всего при последующей перепродаже разница между рыночной ценой товара в «идеальном состоянии» и просто «хорошем состоянии» примерно равна стоимости их любимого чехольчика. И ради чего берегли?..